— Вам надлежит достигнуть гармонического совершенства души и тела. Без него вы никогда не станете деятельными слугами отечества в мире и на войне!
«Как хорошо было в гинекее с мамой и сестренками, — уныло думал Лин, — там я целый день играл и никто не заставлял меня ничего делать. А теперь, наверное, и поиграть не будет времени…»
— И запомните, — закончил Гиперид, — у педотриба в палестре тоже есть палка. С ее помощью он научит вас не только гимнастике, но и хорошим манерам. Уж он проследит, чтобы вы держались прямо и ходили носками наружу!
Так началась для Лина новая жизнь…
Глава III
Старший брат
— Весна! Весна! Начинаются каникулы, и можно больше не ходить в эту противную школу! — распевал Лин, перебрасывая из руки в руку кучку бабок.
— Ну, а в музыкальной школе ведь нет каникул, молодой хозяин. Выучил ли ты уже песню «Крик, звучащий вдалеке»?
— Конечно, выучил, и гимн «Ужасная Паллада, разрушающая города» тоже.
— Ну, тогда поупражняйся на флейте.
Лин не возражал.
Учиться музыке ему нравилось. Приложив флейту к губам, Лин заиграл грустную песенку, тихонько отбивая такт ногой.
— Недурно, — улыбнулся вошедший Арифрон, — только не слишком ли ты много времени тратишь на это занятие?
— Но, отец мой, — почтительно ответил мальчик, — еще великий Солон говорил, что дети должны учиться музыке…
— Верно. Но еще важнее он считал гимнастику. А я что-то не замечаю, чтобы ты был слишком усерден в палестре.
Лин потупился. В палестре ему было неинтересно. Особенно не любил он борьбу, потому что ему не нравилось валяться в грязи, чтобы сделать тело более скользким, или, намазавшись оливковым маслом, кататься в пыли с противником, как требовал учитель-педотриб.
— Помни, о юноша, — говорил он, помахивая своей вилообразной палкой, — пыль, приставая к маслу, облегчает захват противника, и, стало быть, старайся как можно сильнее выкатать его в пыли.